Чужак [= Лабиринт ] - Макс Фрай

— Ой, и откуда же ты приехала, милая? — растрогалась старушка.

— Из Ехо. — Я виновато развел руками.

Когда признаешься обитателю милого провинциального городка в своем столичном происхождении, непременно испытываешь какую-то неловкость, словно только что стащил серебряную ложку из буфета собеседника.

— А говор-то у тебя не столичный, — заметила наблюдательная старушка. — Да и не наш. Откуда ты родом, девочка?

Мы с леди Мерилин начали вдохновенно врать.

— Я родилась аж в графстве Вук! Мои родители уехали туда еще в Смутные Времена и очень неплохо там обжились. А я вышла замуж за мужчину из Ехо, всего несколько лет назад. Но моя прабабка родом из Кеттари, поэтому… Словом, когда я говорила моему мужу: «Гламма, я хочу хороший кеттарийский ковер», я имела в виду нечто совсем другое. Я хотела…

— Ты хотела попасть в страну сказок, которых наслушалась в детстве! — кивнула старушка. — Я вижу, тебе здесь действительно понравилось!

— Не то слово! Кстати, вы не расскажете мне, какие порядки в вашем городе? Мне хотелось бы найти жилье на пару дюжин дней. Не гостиницу, а нормальное человеческое жилье. Это у вас практикуется?

— И еще как практикуется! — с энтузиазмом сказала старушка. — Можете снять один этаж или целый дом… Но целый дом — это довольно дорого, даже на короткий срок!

— Ой, — весело сказал я, — мне бы только найти человека, у которого на примете есть что-нибудь подходящее, а дорого или недорого, это мы с ним обсудим!

И я дважды стукнул указательным пальцем правой руки по кончику собственного носа.

— Добро пожаловать, девочка! — рассмеялась моя собеседница. — Ты действительно заслуживаешь небольшой скидки! Представь себе, милая, я возвращаюсь домой от своей подруги. Мы с нею как раз говорили о том, что вполне могли бы поселиться в одном доме, поскольку все равно ходим друг к другу в гости с утра до вечера… А второй дом можно было бы сдать жильцам, чтобы позволить себе некоторые приятные излишества. Мы обсуждаем этот план уже чуть ли не дюжину лет и все не можем решиться. Пара дюжин дней — это именно то, что нам нужно для начала: за это время мы с Рэрой успеем понять, способны ли мы ужиться под одной крышей. Мой дом здесь неподалеку, это обойдется вам в десять корон за дюжину дней…

— Ого! Цены-то выше столичных!

— Ладно, восемь, но вы с мужем поможете мне перевезти к Рэре свои самые необходимые вещи! — решительно сказала старушка. — Их не так уж много, а в твоем распоряжении амобилер и большой мужчина, так что это не составит труда…

«Самых необходимых» вещей оказалось столько, что перевозка проходила в шесть этапов. Впрочем, мы провели время с немалой пользой: леди Харая, как звали нашу квартирную хозяйку, успела показать нам места, где можно заказать хороший завтрак, и места, где стоит ужинать по вечерам. Кроме того, она раз триста предупредила нас, чтобы мы не вздумали играть в карты с местными жителями. Очень мило с ее стороны!

После того как мы заплатили за две дюжины дней вперед, счастливая старушка пожелала нам хорошей ночи и скрылась за дверью дома своей подруги.

— Кажется, старые леди собираются здорово покутить этой ночью! — одобрительно сказал я. — Поехали домой, сэр Шурф. Не сердись, но мне ужасно надоело называть тебя Гламмой!

— Поступай как знаешь, но я предпочитаю вести себя максимально осторожно. Какая разница, как называть человека? Что действительно важно, так это не допустить промаха при посторонних…

— При каких «посторонних»?! Наши спутники благополучно дрыхнут в каком-нибудь паршивом притоне. Полагаю, что за эту восхитительную возможность с них содрали побольше, чем с нас!.. Ты в восторге от моего везения, дружище?

— Разумеется, — спокойно кивнул Лонли-Локли. — Но я с самого начала ожидал чего-то в этом роде, посему не удивляюсь… Надеюсь, что подобная реакция не вызывает у тебя чувства разочарования?

— Ну что ты. Она вызывает у меня прекрасное чувство, что все в Мире находится на своих местах! Твоя невозмутимость, сэр Шурф, — единственный оплот моего душевного равновесия, так что оставайся таким, какой есть, ладно? Поехали домой, умоемся, переоденемся, потом — ужинать, а там поглядим… Джуффин, насколько я помню, дал нам изумительную инструкцию: наслаждаться жизнью и ждать, пока чудо само нас найдет…

— Эту инструкцию сэр Джуффин дал не нам, а тебе. Мне он поручил просто охранять тебя от возможных неприятностей.

— Мое сердце совершенно уверено, что в Кеттари у меня не может быть неприятностей. Никаких!

— Посмотрим, — пожал плечами Лонли-Локли. — Стой, куда тебя несет, вот же наш дом! Двадцать четвертый дом на Старой набережной, разве ты не помнишь?

— Да, действительно. Как любит говорить сэр Луукфи, люди такие рассеянные…

Ванная комната располагалась в подвале: очевидно, по этому вопросу жители всех провинций Соединенного Королевства пришли к полному консенсусу. Вот только никаких излишеств нам не было предложено: одна-единственная ванная, чуть побольше, чем это принято на моей исторической родине, но в общем-то почти точно такая же. Сэр Шурф брезгливо поморщился.

— После нескольких дней в дороге я, признаться, рассчитывал хотя бы на три-четыре бассейна…

Я сочувственно вздохнул.

— Уверен, что у тебя дома их не меньше дюжины! Ничего не попишешь, придется тебе привыкать к простой и суровой жизни.

— У меня дома их восемнадцать, — с ощутимой тоской в голосе сказал Лонли-Локли. — И я думаю, что это — неплохое число.

— Ого! — Я уважительно покачал головой. — Хотел бы я знать, есть ли среди них парочка дырявых?

— Увы, такой привилегии я не имею, — вздохнул мой друг. — Можешь мыться, леди Мерилин, я подожду в гостиной.

Когда через четверть часа я поднялся наверх, мой друг вопросительно приподнял брови.

— Не стоило так торопиться, я мог бы подождать и дольше… Или ты всегда так быстро моешься?

— Почти, — улыбнулся я. — Жуткое свинство, правда?

— У всех свои предпочтения, — утешил меня Лонли-Локли. — Но я заранее приношу извинения за то, что не смогу привести себя в порядок столь же поспешно…

— Какая ерунда, — отмахнулся я. — У меня как раз есть одно дельце…

Оставшись один, я тут же потянулся за своей подушкой, нетерпеливо засунул под нее руку и начал ждать. Не прошло и нескольких минут, как в моем распоряжении была первая сигарета, скуренная всего лишь наполовину. Аккуратно погасив окурок, я спрятал его в маленькую шкатулку, специально предназначенную для хранения моих трофеев, своего рода «портсигар» с двумя отделениями: для «бычков» и для целых сигарет, попадающих ко мне так редко, что я постепенно начал отвыкать от их вкуса… Ох, да грех жаловаться, это было куда лучше, чем ничего: несколько месяцев, в течение которых я пытался привыкнуть к местному табаку, казались мне теперь героическим, но воистину скорбным временем.